Милосердие под красным крестом

05 Августа 2010
Автор: Татьяна ВЕСНИНА Милосердие под красным крестом

В этом году Россия впервые будет широко отмечать День окончания Второй мировой войны (2 сентября). Томск не останется в стороне. В областном краеведческом музее, где стоит выставка «Боевая слава томичей», готовится особое мероприятие. Весь год музей живет под знаком 65-летия Победы, приурочив к ней многие свои события.

 

Патефон, ложка и винтовка

 

Алюминиевая ложка, которой солдат ел кашу из походной кухни. Кисет, старательно вышитый томскими школьницами для воинов-сибиряков. Обрывок «Боевого листка», сделанного «на коленке», во фронтовых условиях химическим карандашом. Пожелтевшая «Комсомольская правда» с Указом Верховного главнокомандующего в честь освобождения Орла дать праздничный салют. Фронтовая фотография с дарственной надписью. Полевая сумка командира. Осколок гранаты и медицинские инструменты, с помощью которых и был извлечен этот «подарок» от врага.

 

Весь это предметный ряд военных реликвий, соединенных в умело выстроенную экспозицию, которой художник Юрий Чернышев придал оттенок ностальгии, обращается к нашей коллективной памяти. И каждый музейный предмет дает волю фантазии – можно мысленно реконструировать события военной поры. И вот уже кажется, что сейчас из патефона польется неизменная «Риорита», и в танце закружатся юные сестрички с легкоранеными бойцами Красной армии. А пожилые врачи и лежачие больные будут с завистью и умилением смотреть на молодость, которая сильнее ужаса войны.

 

Надо отдать должное сотрудникам музея - они умело соединяют экспонаты с живыми воспоминаниями ветеранов. Именно в таком ключе и прошел в зале «боевой славы томичей» круглый стол «Спасая жизнь…», который собрал вместе медсестер, работавших в томских и фронтовых госпиталях во время Великой Отечественной, студентов Военно-медицинского института и кадетов Томского корпуса.

 

Зачем врачу Савиных понадобился мох

 

Картина Томска военной поры, воссозданная в рассказе сотрудницы ТОКМа Ульяны Малахатько, как город принимал раненых, отдавая под них лучшие здания и помещения, дополнялась воспоминаниями свидетелей эпохи. И это были лучшие фрагменты эпического полотна.

 

- Первый раз, когда пришла в госпиталь, очень стеснялась, ведь мне поручили подавать судно раненым, - призналась Мария Никоновна Благорадная, которую 17- летней девушкой военкомат направил в госпиталь №1229. – Помню, зашла в душевую, а там больные моются. Я тут же дверь захлопнула, а они мне кричат: «Сестричка, помоги спину потереть!». И действительно в бане была санитарка, которая помогала раненым с ампутированными конечностями мыться. И я потом обвыклась.

 

Всего за годы войны томские госпитали приняли свыше 100 тысяч бойцов, в основном тяжелораненых.

 

«Начальник очередного прибывшего поезда говорил в свое оправдание: «Омск тяжелых не принял. Сказали: «Вези дальше». Новосибирск и так перегружен. А Томск – тупик, всех примет. Врачи сутками стояли за операционным столом», - зачитывала Ульяна воспоминания медсестер из архива музея. А Мария Никоновна дополняла рассказ.

 

- Мне приходилось дежурить по ночам. «Приляг, пока никого нет», - предлагали больные. И иногда на полчаса в ординаторской удавалось прикорнуть. В палатах лежали «тяжелые». Помню, один не захотел наркоза при ампутации, терпел, пока ногу отпиливали. А другому парню вынимали пулю из вены. Хирург решил сохранить ему ногу, операция шла несколько часов. Сделали разрез, а мне стало плохо …

 

Томские врачи и профессора мединститута помимо выполнения операции, разрабатывали лекарства на основе сибирских трав, что отразилось в музейной экспозиции. Кто-то из кадетов удивился, зачем положили мох рядом с медицинскими инструментами? Сообщение Малахатько, что прославленный доктор Андрей Савиных, чье имя сегодня носит улица и больница, предложил вместо ваты использовать мох из-за дефицита перевязочного материала, сняло все вопросы. Стал неожиданностью и факт, что томские ученые-медики дважды в месяц проводили межгоспитальные научно-практические конференции.

 

Лидия Ивановна Шуляк, а в годы войны просто Лидочка, ученица 5-й томской школы, не слышала об открытиях ученых, но зато каждое лето помогала в госпиталях - кормила и поила раненых, мыла полы, стирала окровавленные бинты. Она говорит, что ничего особенного в том не видела, так поступали многие девочки.

 

«Шинель было жальче, чем себя»

 

Воспоминания Евгении Ивановны Шастиной, фронтовой медсестры, призванной в армию в августе 1941 года, стали отдельным сюжетом в документальной хронике «Спасая жизнь…».

 

- Меня приписали к госпиталю, эвакуированного из Киева, - вспоминает героиня. – В Воскресенске, что в 80-ти километрах от Москвы, мы приняли присягу. И нам выдали военную форму. Так мы стали настоящими солдатами. Госпиталь расположился в здании школы. Вскоре меня с врачом отправили в Москву за ранеными. Привезли 250 человек: тяжело раненых на лошадях доставляли, а кто и своим ходом дошел. А с первым снегом нас отправили на запад, и я попала во фронтовой госпиталь 3-го Белорусского фронта. Мы двигались за войсковыми частями. Как только бой, так много раненых. Мы по двое-трое суток не спали. Но сил хватало даже на самодеятельность. Выступали перед ранеными – пели, танцевали, кто что умел, тем и радовал.

Однажды госпиталь попал под бомбежку. Стали вытаскивать мягкий инвентарь – халаты, шинели, марлю, вату. А у меня была шинель, специально для меня сшитая, маленькая, и она загорелась. И мне не себя было жалко, а ее. За войну я была дважды ранена. Лечилась в своем же госпитале.

Когда началось наступление, я вместе с армией прошла Польшу, дошла до Германии. Последним местом моей работы стал Лейпциг, где был развернут госпиталь. Потом мы ездили на экскурсию в Берлин. Были на Рейхстаге, я тоже расписалась. У Брандербургских ворот сфотографировались. Эту фотографию даже напечатала «Красная звезда». В Лейпциге я и замуж вышла, за раненого. А демобилизовалась в 1946 году, когда выписали последнего пациента и отправили домой.

 

СПРАВКА:

 В Томске в 1941-1945 работало 25 госпиталей, где было развернуто более 10 тысяч коек. На одного хирурга приходилось до 90 раненых. Госпитали располагались в центре города, под них отводились учебные корпуса, школы, административные здания, больницы, общежития. Томский химфармзавод и бактериологическая лаборатория мединститута оказали большую помощь госпиталям, как и ученые вузов. Их силами были созданы физико-терапевтические и рентгеновские кабинеты, предложены и внедрены во врачебную практику изобретения: радиощуп для зондирования пуль и осколков, новые способы транспортировки донорской крови, перевязочные средства-заменители, новые лекарственные вещества, экспресс-методы диагностики.

 

Наверх