Александр Макаров о фильме "Больной мэр-2"

02 Апреля 2009

Александр Сергеевич, Ваша оценка очередному фильму — какую цель преследовали авторы, какие способы использовали и насколько достоверны приведенные факты?

 

Прежде всего, уже само появление второй серии этого гнусного фильма, на мой взгляд, говорит о двух бесспорных вещах. Первое — даже ребенку теперь понятно, что дело закаазное, политически ангажированное и проплаченное на самом высоком уровне. Из двухсот с лишним глав администраций, которых сегодня пытаются подвергнуть репрессиям в стране, только мэру Томска полностью посвящены целых две серии этой одиозной картины. Мало того, не исключаю, что и третья серия может появиться.

Второй вывод, который я сделал: в прокуратуре работают не полные идиоты и они видят, что обвинение трещит по всем швам. Из более чем 30 свидетелей, прошедших через процесс за это время, ни один не подтвердил версию обвинения. Поэтому надо срочно воздействовать на общественное мнение, в том числе на присяжных, которые, несомненно, являются главной целью этого видеопасквиля. При этом использовались поистине геббельсовские методы: откровенная ложь, передергивание фактов, прямая дезинформация. Чтобы доказать это, пройдемся по некоторым утверждениям фильма.

О земле: Я утверждал и легко это докажу, что из 1 300 633, 4 метров квадратных городской территории, якобы принадлежащим моим родственникам и юристу Бакуревичу, ни один квадратный метр им не принадлежит, все они как были, так и остались в муниципальной собственности (если, конечно, их после меня кому-нибудь не передали).

 

Вопрос найденных у Вас денег также по-прежнему открыт: по ТВ показывают мешки, набитые купюрами, но проходят ли какие-то деньги в качестве вещественных доказательств Вашей вины?

 

Обратите внимание, как подается вопрос денег. Единственный достоверный факт, и я его никогда не скрывал, что у меня в кабинете находилось около 1,5 миллионов рублей, которые я собирал несколько лет для реставрации внутреннего убранства храма Александра Невского. Эти деньги были собраны у моих родственников и буквально в день задержания, находясь в храме, я пообещал проплатить устройство нового иконостаса. На следующий день я должен был принести первые 200 тысяч рублей, которые были необходимы для начала работ представителям московской компании. Это было заявлено мной в присутствии журналистов и настоятеля собора. Все остальные кучи денег, которые с таким сладострастием показывают, не только были найдены не у меня на работе или дома, а просто у моих знакомых. Каждому умному человеку понятно, что у мэра города сотни знакомых и среди них есть очень состоятельные люди. А где они хранят собственные деньги — в банке или дома — так это их право решать. Если бы провели еще несколько обысков у моих знакомых, возможно, нашли бы еще много денег, но это не более, чем рекламный трюк для воздействия на настроение присяжных. Ни в одной строчке обвинительного заключения не упоминается ни рубля из найденных средств — это ли не показатель абсурдности всех разговоров, связанных с деньгами.

 

В СИЗО заявили, что камера, в которой Вас содержат, оборудована по последним европейским стандартам. Что они имели в виду? В фильме говорилось о каком-то выговоре, который Вы получили в СИЗО якобы за беспорядок в камере. Это на самом деле так?

 

Само по себе появление журналистов с видеокамерами в СИЗО говорит о том, что разрешение (а, скорее, прямое поручение) было дано с самого верха ГУЛАГовской системы. Мало того, исполнение было обставлено как самая настоящая спецоперация. За день до съемок в камеру началось самое настоящее паломничество: утром делегация во главе с одним из заместителей А.Сальникова. Тот с ходу объявил мне выговор, внимание: за пыль на бачке для питьевой воды. Ничего не напоминает? Видимо, в современной системе ГУЛАГа у руководителей истощилась фантазия и причины для наказания одинаковы и в Краснокаменске, и в Томске. Затем начали приходить другие работники и все пытались убедить убрать камеру. Утром я уехал в суд, а моего соседа по камере на 2 часа загнали в бокс, якобы для встречи с адвокатом, который (вот удивительно!) не пришел. В нарушение закона и всех внутренних инструкций, пока нас не было, в камере были посторонние люди, которые к тому же вели себя по-хамски, лазя в чужой холодильник, копаясь в чужих вещах. Я уже не говорю, что это противозаконно, согласитесь, что порядочные люди так поступать не будут. Хотя, ожидать порядочности от представителей этой передачи-пасквиля просто смешно. Они просто отрабатывают деньги. Что касается утверждения о «европейских стандартах» в нашем СИЗО, то, по-видимому, имелось в виду то, что вместо параши поставлен унитаз. Холодильник, на который с гордостью указал начальник УИНа — единственный на всю тюрьму и разрешение на его приобретение я получил только подав в суд на администрацию СИЗО и выиграв этот суд. Не буду останавливаться на более мелких случаях лжи (вроде того, что блины продаются в местном магазине), все это просто смешно и нелепо. Для того, чтобы закончить вопрос о «европейском стандарте» наших тюрем, напомню решение Европейского Суда по моему делу, где прямо говорится, что условия содержания Суд считает бесчеловечными и негуманными.

 

В фильме Вас обвинили в том, что Вы угробили городской транспорт, наводнив Томск ПАЗиками, и что новая команда мэрии теперь его возрождает. Можете это прокомментировать? Вообще, хотелось бы услышать, какую часть работы начинали в мэрии еще Вы, плоды и результаты которой сейчас присваивает себе новое руководство города.

 

Во-первых, касательно процесса угробления городского транспорта. Тут есть несколько моментов. Мы все очень быстро забыли, что когда был только муниципальный городской транспорт, томичам приходилось по 30-40 минут стоять на остановках. Потом муниципальный транспорт во всех городах России стал исчезать. Но вовсе не потому, что мэры всех городов не понимали его важность. В середине 90-х годов депутаты ГосДумы РФ приняли массу законов о льготах. Так, на транспорте было более 50 категорий льготников (почти 40% населения Томска). Ни одного рубля компенсации из федерального бюджета (как это было положено по закону) за все годы мы не получили. Естественно, ни муниципальный транспорт, ни городской бюджет такой нагрузки не выдержали. Если бы мы в свое время не поддержали развитие маршрутного бизнеса, город был бы парализован. Могу сказать (и легко доказать), что большинство дел, которыми хвалится городская власть, начиналось при нашей администрации. Но это естественно, не с нуля же им начинать. Приведу только несколько примеров: генеральный план развития города Томска был готов уже в 2006 году, а новая администрация только передала его на утверждение в ГорДуму. Все томичи знают, что массовый ремонт объектов социальной сферы, масштабные работы по благоустройству и строительству дорог и многие другие дела, которыми сегодня гордится власть, начаты в конце 90-х годов. Даже уникальная программа сохранения деревянного зодчества разработана «Томском историческим» по моему прямому поручению, начала реализовываться при поддержке губернатора в 2002 году, а сейчас только принята и утверждена (кстати, совершенно правильно) томской городской Думой. Восстановление храмов разных конфессий, многое другое начиналось при нашей администрации, но у меня нет никаких обид, разве так важно, кто и когда начинал, главное, что сделано все это для томичей, для нашего города. Сейчас ситуация изменилась: создан Федеральный фонд содействия реформированию ЖКХ, в регионы пошли федеральные деньги на капитальный ремонт и расселение ветхого жилья, на строительство дорог и т.д. Просто надо об этом честно говорить томичам.

 

В этот раз не было нового интервью с Вами, использовали фрагменты старого. Вы отказались от интервью? Если да, то по каким причинам?

 

Я не отказывался от интервью, поскольку мне его никто не предлагал. Говорю же, все было сделано подло, тайно, в лучших традициях спецопераций известной конторы. Полагаю, это было сделано потому, что правда никого не интересует, мерзости пишутся и снимаются за спиной. Поэтому даже такому продажному автору, как Эдуард Петров, я бы дал интервью, правда, в своеобразной форме.

Наверх